Category: техника

Category was added automatically. Read all entries about "техника".

PHOTOPLAY School

Photoplay в facebook, instagram, vkontakte

PHOTOPLAY School

Жак Анри Лартиг и его камера.

Lartigue1

Лартиг был выдающимся фотографом, но он не был профессионалом — у него не было необходимости зарабатывать фотографией, поскольку его семья была весьма состоятельной. В юном возрасте он начал делать замечательные фотографии, и продолжал их делать до самой смерти. Его фотографии красивы и спонтанны. Многие сделаны с рук, без штатива, хотя он и использовал большие и тяжёлые камеры.

Обратимся к одной известной фотографии Лартига. На ней изображена гоночная машина и зрители вдоль трассы.

Фото сделано камерой ICA в 1912 году на 4x5 стеклянный негатив c использованием объектива f4.5, самого светосильного в то время.
Collapse )

Источник
PHOTOPLAY School

Guido Mocafico: признаки жизни


© Guido Mocafico

Гвидо Мокафико специализируется на предметной съемке для журналов мод.
Он, видимо, неплохо знаком с материальной стороной красивой жизни - той блестящей мишурой, которая окружает и составляет мир моды. И закономерной реакцией на эту псевдо-жизнь стала серия натюрмортов в классическом стиле Memento mori.  Со всей аттрибутикой подобных картин - песочными часами, мыльными пузырями, черепами - тем, что символизирует эфемерность и бренность человеческой жизни. Поражает мастерство фотографа в работе со светом и формой -  если бы голландские мастера знали бы о таких возможностях светописи, они никогда бы не взялись за кисть)

Остальные фотографические серии фотографа - в каком-то смысле противоречат серии о бренности жизни, а на самом деле - являются ее продолжением. Мокафико составляет своего рода каталог чудес, кунсткамеру. По крайней мере, посредством фотографического объектива и самые обыденные предметы обнаруживают свою чудесную сторону. Змеи удивительных расцветок и фактур, часы, похожие на планеты далеких солнечных систем, морские обитатели, мрачное оружие и многое другое.

Каждая серия - подробнейшее описание вида и типа с тою тщательностью, которой позавидовал бы сам Карл Линней. Так следует описывать предметы, которые очень любишь и желаешь сохранить в памяти целиком во всем их сложном многообразии. Так чтобы потом, спустя много лет можно было оживить их перед своим мысленным взором, более материальными и чувственными, чем они были на самом деле. 


© Guido Mocafico

Collapse )
PHOTOPLAY School

Дм. Орлов: Невыносимая легкость инстаграммы или инста-вирус.


© Георгий Пинхасов

Похоже, что после многочисленных и многолетних поисков наилегчайшего и наипростейшего средства отражения реальности оно наконец найдено — инстаграмма. Как пушинка летит это невесомое послание из мира мимолетности — в мир сиюминутности. Из ниоткуда в никуда.

Чего только не было перепробовано — полароиды и всевозможные дианы с хольгами, монокли сложнейшие и прямолинейный фотошоп, альтпроцессы и пивные бутылки. И всё это только для того, чтобы навести художественный лоск на окружающую нас реальность. Но только сейчас найдено средство простейшего и беззатратного (и финансово и эмоционально) перевода всех этих пешеходов, перепутанных веток, соседских детей в артистическую реальность псевдофотографии.

Да здравствует нерезкость и чудовищные смещения цвета! Уйди, обрыдлая реальность, стань крошечным квадратиком изображения на экранчике айфона!

Постепенно фотография, полностью оторвавшись от материального носителя, превратилась в пылинку, садящуюся на поверхность нашего сознания. Тысячи пылинок создают плотные слои визуальной пыли. И в то же время каждая отдельно взятая пылинка ничего не весит, ничего не значит.

Collapse )
PHOTOPLAY School

Chema Madoz: комбинаторика смыслов


© Chema Madoz

Испанский фотограф Сhema Madoz имеет дело с простыми вещами - обгоревшими спичками, полурасстаявшими кусочками льда, каплями воды. Но каждый заученный наизусть предмет на его фотографиях неожиданно для зрителя при помощи какого-то невероятного сальто-мортале превращается в многомерную живую метафору.

Эти изображения намеренно просты: ничего лишнего. Как правило, один-два предмета. Перед нами - чистый эксперимент взаимопроникновения двух смыслов и рождение новых. Некий визуальный синхрофазотрон, в котором столкновение двух обычных сущностей порождает новые, еще невиданные, необычные. Все просто, как и все нормальные чудеса. Зрителю остается наблюдать за рождением новых смыслов, легко дышать и чувствовать  красоту окружающего нас мира.


© Chema Madoz
Collapse )
PHOTOPLAY School

Diane Arbus: Страшный мальчик. Как получился этот кадр?


Diane Arbus: Child with a toy grenade in Central Park. NYC. 1962

Фотография, которая плотно вросла в мое фото-сознание. Какой страшный мальчик! Однако при рассмотрении всей серии снимков видно, что мальчик вполне нормальный. Главное тут - мастерство фотографа - вызвать на эмоции, успеть нажать кнопочку, выбрать. Что же она ему говорила, что именно на восьмом кадре мальчик полностью преобразился?))
Мальчик на фотографии - сын теннисиста Sidney Wood. Интересно проследить за выражением его лица в течении съемки. Согласно воспоминаниям, в момент съемки восьмого кадра мальчик потерял терпение, ему надоело позировать и он выдал то знаменитое выражение лица, благодаря которому снимок превратился в одну из самых известных фотографий ХХ века.

"Это смешно, но я никогда ничего не боюсь если я смотрю на это через видоискатель. Человек может подходить ко мне с оружием или чем нибудь подобным, но мои глаза воткнулись в видоискатель, и у меня нет чувства опасности. Только ощущение, что происходит что-то странное. Я конечно уверена, что есть пределы. Бог знает, например, когда на тебя начнут наступать войска, тебя может охватить чувство того, что смерть неминуема. Но в фотокамере есть какая-то сила. Я имею в виду, все знают, что ты достиг какой-то грани, что владеешь легкой магией, которая может что-то сделать с ними." 
Diane Arbus


1.
Collapse )
PHOTOPLAY School

Abelardo Мorell: Дух Места


© Abelardo Мorell

Камера обскура для Абелардо Морелля - проект жизни. В течение многих лет он путешествует по миру и создает свои необычные инсталляции заключающиеся в скрещивании интерьеров и экстерьеров. Гибрид, полученный в результате этих экспериментов можно назвать "гением места", некой синтетической субстанцией, которая вобрала в себя визуальную квинт-эссенцию конкретной географической точки. 

Изображение получается в камере-обскуре, которой становится любая темная комната (простите за тавтологию). В стене, занавесках, потолке - в зависимости на что вы хотите направить свою камеру - делается отверстие размером с копеечную монету (возможно использование простейших объективов) и элементарная фотографическая камера готова. Весь интерьер комнаты становится большим экраном. Фотография рождается на наших глазах, окружающая действительность превращается  в изображение.


© Abelardo Мorell
Collapse )
PHOTOPLAY School

Валерий Щеколдин об иконах советской фотографии


Комсомолец за штурвалом (Аркадий Шайхет, 1936)

Валерий Петрович Щеколдин - не только замечательный фотограф, объективу и сердцу которого принадлежит не одна фотография, ставшая классикой советской фотожурналистики. Валерий Петрович - человек с острым глазом, любящий внимательно приглядываться к чужим фотографиям. Мы продолжаем серию небольших публикаций по истории советской фотографии, в которой он будет рассказывать о своем видении отдельных "икон" этого направления.

Снимок безукоризненный и по свету, и по композиции, и по отработке фактуры. Один из немногих шедевров советской фотографии. Этот снимок является и документальным, и художественным, и в то же время — плакатным, причем без всякой натуги и идеологических мук. На нем - молодой парень, ровесник революции, в его крепких руках огромный штурвал, его фигура динамична и устремлена вперед. Фигура со штурвалом легко читается на почти идеальном серо-стальном фоне, который не кажется ровным и плоским, а кажется живым, имеющим глубину. В снимке есть романтика и оптимизм, оптимизм нового строя, которому идет девятнадцатый год.
Collapse )
фотографии Валерия Щеколдина
PHOTOPLAY School

Matt Stuart: фотография будущего


© Matt Stuart

Много лет назад автоматизация маленьких устройств под названием "фотоаппарат" заключалась в перематывании пленки и отрабатывании автоматической выдержки. Дальше — больше. Аппарат научился находить лица людей на кадре и фокусироваться на улыбки. В будущем, вероятно, фотоаппарат научится делать фотографии в различных стилях от Картье-Брессона до Вестона — ведь у каждого из мэтров есть вполне различимый фотографический почерк, который так и тянет «проверить алгеброй». Существуют же фотошопные фильтры "под Ван Гога".

Так о чем это я? Если бы представить, что глаза Брессона или Эрвитта возможно было имплантировать кому бы то ни было — то у того счастливчика получались бы такие фотографии, как у Мэтта Стюарта. Точные, красивые, идеально простроенные и композиционно и тонально, но абсолютно пустые. В них не хватает какой-то сердечности, осмысленности этих построений. Ради чего разложили этот передвижной маленький театрик фотоснимка? Ради чего созвали зрителей?

Есть удивительно ловко пойманная ситуация, щекочущая мое любопытство — "неужели такое возможно?" — есть визуальные анекдоты, от череды которых трудно оторваться, и есть пустота, ощущение чего-то недостающего, завершающего, наверно — сердечности Картье-Брессона, осмысленности лучших карточек Эрвитта...

Вот почему мне кажется, что фотографии Мэтта Стюарта — фотографии будущего. Не далек тот час, когда фотоаппараты сами будут снимать забавные сценки, драматические виды природы, сложные психологические портреты... «Какие красивые фотографии!», будем говорить мы. И не будем замечать, что в этих фотографиях нет души. Вот увидите)


© Matt Stuart


Collapse )
PHOTOPLAY School

Дм. Орлов: Фотовирус. Доктор, это заразно?

 
© Rosalind Solomon

Вирус, поселившись в теле человека или животного, начинает формировать у своего носителя специфическое поведение, направленное на то, чтобы обеспечить многочисленным поколениям своих потомков максимальное распространение по миру.

Иногда мне кажется, что фотография сама стала таким вирусом, формирующим поведение своих вирусоносителей, фотографов, затопляющая сознание всех окружающих мириадами ничего не значащих изображений и образов.

Симптомы заражения этой болезнью знают все (так же как первые признаки гриппа) — при первой возможности хватать фотоаппарат и множить эти бесчисленные копии окружающего нас мира.

Нет ли у вас ощущения, что взяв в руки цифровой аппарат, вы становитесь исполнителем чуждой воли, принуждающей делать как можно больше картинок с целью заполнения ими всех доступных нам информационных пространств и измерений гигабайтами терабайтами пикселей пикселей пикселей?

Какая волшебная сила отключает в нашем сознании механизмы личностного отбора кадров и нашептывает ласково на ушко - «потом разберемся и то хорошо и это» и послушный палец нажимает на кнопку, тиражируя бессмысленные образы, придать смысл которым мы надеемся потом, после съемки в процессе отбора-разбора и т. д., но потом становится безумно жалко уничтожать эти куски псевдореальности, и они продолжают свое бесплотное и бессмысленное существование в пыльных недрах наших хард драйвов?

Может быть нашими намерениями начинает руководить сама окружающая реальность, стремящаяся создать максимально количество своих клонов и отражений, бесконечно отражающая сама себя в дурной зеркальной бесконечности?

Есть ли лекарство от такого вируса?
Может быть следует заняться мысленным фотографированием, на день отложив своего цифрового врага-друга? Поснимать на старую, добрую пленку? Или просто поглядеть на горизонт? А может раскрыть томик Пушкина?
Будьте визуально здоровы)

текст: д. орлов/photoplay.ru